Dr. Alex Vereshchagin (alex_vergin) wrote,
Dr. Alex Vereshchagin
alex_vergin

Category:

Без шор про офшор

Под катом моя рецензия на книгу Николаса Шексона "Люди, обокравшие мир: правда и вымысел о современных офшорных зонах". Опубликована рецензия в январском номере журнала "Закон".


По следам мирового финансового кризиса резко возросло внимание властей крупных государств к офшорной проблеме, которая прежде казалась сравнительно маловажной, даже маргинальной. Теперь же, напротив, офшоры неустанно винят в создании условий для этого кризиса и строят всевозможные планы по их обузданию и подавлению. Не отстает в этом смысле и Россия: в последнем президентском послании Федеральному Собранию (декабрь 2012 г.) «деофшоризация экономики» была поставлена в число приоритетных задач государства.  Всё это делает публикацию на русском языке книги Николаса Шэксона об офшорной системе более чем своевременной.[1]

Автор – активист организации Tax Justice Network, и, конечно же, относится к офшорам резко отрицательно. Его книга представляет собой научно-публицистический памфлет, написанный на стыке экономики, политологии и права. Текст явно рассчитан на внимание не только специалистов, но и широкой публики, и бесспорно того заслуживает. Острота обличений и хлёсткость языка, которым написана книга, сами по себе возбуждают живой интерес к данной теме, слишком часто (и совершенно ошибочно) выдаваемой за узкоспециальную. У многих читателей работа Н.Шексона наверняка вызовет желание самостоятельно разобраться в прихотливом клубке правовых, экономических и социальных проблем, в который тысячами видимых и невидимых нитей вплетены офшоры.

Едва ли не все эти проблемы так или иначе затронуты в книге, хотя и нельзя сказать, что одинаково удачно. Шэксон считает систему офшоров «нервом всей современной экономики» и весьма убедительно доказывает эту исходную посылку. Он прослеживает происхождение этой системы, полную детективных и малоизвестных историй (таких как махинации братьев Вести, приведшие их в итоге к титулу пэров вместо тюрьмы), раскрывает типичные приёмы, используемые богатыми людьми и компаниями для сокрытия своих доходов от налогообложения, разбирает противоречивую роль национальных правительств и международных организаций (особенно ОЭСР) в становлении офшорного мира, описывает коррупцию и конформизм, которыми поражены его основные центры, и даёт нелестные (но при этом весьма живые и сочные) характеристики его представителям и апологетам.

Для многих станет открытием, что офшоры – это отнюдь не только отдалённые острова в южных морях, но и могущественные центры финансовой силы, укоренённые в самой сердцевине развитых государств. Первейшим из таких центров по праву является Корпорация лондонского Сити, с её огромным и непроницаемым для посторонних глаз Фондом наличности (City Cash), с официальным лоббистом в Парламенте (Remembrancer, то бишь «напоминателем») и 24 тысячами голосов, закрепленных не за жителями, а за компаниями (в числе которых есть и Московский Народный банк),[2] что обеспечивает последним тотальное преимущество на муниципальных выборах. По мнению Шэксона, вследствие тесного альянса Корпорации с Банком Англии, попустительством которого Лондон стал средоточием офшорного (то есть нерегулируемого) рынка «еврооблигаций» и «евродолларов», а также благодаря некоторым специальным уловкам британского законодательства (вроде различия между резидентством и местом постоянного проживания) город на Темзе может заслуженно считаться крупнейшим центром офшорного мира. Сложившаяся вокруг него сеть влияния,  состоящая из островных офшоров - бывших колоний и заморских территорий Великобритании – до сих пор обеспечивает Лондону и вообще британскому истеблишменту совершенно непропорциональное влияние в мировых делах.

По мысли Шэксона, Британская империя, в сущности, никогда не умирала, а если однажды и умерла, то тут же возродилась в виде сети секретных офшорных юрисдикций,  имеющих очень прочные (но отнюдь не афишируемые) связи с «бывшей» метрополией. Лондон – не единственный такого рода скрытый офшор: за ним следуют Нью-Йорк с его «международными банковскими зонами», штат Делавэр с его неограниченной свободой для банков и корпораций, Невада с её акциями на предъявителя, Люксембург, Швейцария и некоторые другие столь же респектабельные места. Разоблачение их офшорной сущности следует без сомнения причислить к наиболее увлекательным местам книги. Шэксон приходит к выводу: «Как только правила офшоров вступили на территорию оншоров, то есть территорию нормальных финансовых отношений, присущих полноналоговой юрисдикции, стало практически невозможно отделить одну систему от другой и разобрать, где что и как действует. Порождением такой мешанины явился эффект огромного «слепого пятна», причём ущербность восприятия сохраняется и поныне».[3]

Однако книга Шэксона – не просто серия удачно рассказанных анекдотов из сфер политики и бизнеса. Автор замахивается на большее, обещая «раскрыть первопричину всех наших бед».[4] К числу этих бед, в которых будто бы повинны офшоры,  он относит не только глобальные макроэкономические дисбалансы, но и нищету отсталых стран, и международную преступность. Существующие средства борьбы с подобным злом представляются ему совершенно неадекватными. Так, помощь Запада «развивающимся странам», хотя и выглядит внушительной, является чем-то ничтожным по сравнению с утечкой капитала в обратном направлении через офшоры.

Но какие факторы и механизмы, по Шэксону, обеспечивают офшорам условия для процветания? Прежде всего, это торговля своим суверенитетом с целью предоставления богатым резидентам других (т.н. «полноналоговых») юрисдикций широкого набора возможностей для обхода правил, существующих в этих юрисдикциях. Позволить себе такую продажу или сдачу своего суверенитета в аренду могут малые страны, зачастую островные, где крепок общинный дух со всеми его прелестями - возможностью незримого социального контроля, вытеснением всякого инакомыслия и принятием законов посредством «междусобойчика». На уровне конкретных юридических механизмов этому процветанию служат договоры об избежании двойного налогообложения, которые на деле можно использовать для двойного освобождения от налогов; трансфертное ценообразование; дробление активов; «евродоллары» и «еврооблигации»; отсроченный налог на прибыль, которую держат в офшорах; анонимные компании (как в Лихтенштейне) и трасты (особенно те, что учреждаются на Кайманах); ограниченное раскрытие информации – не только пресловутая швейцарская банковская тайна, но и, к примеру, распространение британским законодательством принципа ограниченной ответственности на товарищества при сохранении низких стандартов отчетности, изначально присущих таким структурам; «оговорки о бегстве» (когда в случае начала расследования средства переводятся из оффшора в другое место); система предоставления информации органам других государств по «мотивированному» запросу в противоположность автоматическому обмену информацией; подставные директора, и т.д. Всем этим подробностям автор уделяет немало страниц.

Отдавая должное изобразительности и остроте пера Шэксона, отметим и его главный изъян: он слишком часто путает причину со следствием. Именно офшоры кажутся ему корнем зла, в то время как в действительности они сами – лишь неизбежный побочный продукт «социального государства» с его  бюрократическим регулированием и колоссальным налоговым прессом.[5] Постоянно сетуя на то, что крупные корпорации и элиты несут, благодаря офшорам, гораздо меньшее налоговое бремя, чем могли бы  (и даже меньшее, чем обычный средний налогоплательщик), Шэксон ни разу не задаётся естественным вопросом: а какой уровень налогового бремени являлся бы справедливым, а не просто возможным (посильным)? Очевидно, для него ответ сам собой разумеется: это тот уровень, который фактически установлен законодательством соответствующих государств. Столь наивное отождествление справедливости с демократией, то есть властью представителей большинства налагать по своему хотению любое бремя на преуспевающее меньшинство, вряд ли можно считать сколько-нибудь удовлетворительным ответом на данный вопрос.

Не сомневается Шэксон и в том, что только государство и только за счёт налогов может повышать «социальный» и «человеческий» капитал, например, развивая сферу образования и здравоохранения – как если бы частного образования и здравоохранения вовсе никогда не существовало. Он пишет, что «налоги делают правительства подотчётными гражданам»,[6] но при этом упускает из виду, что в современных обществах почти никакой связи между правом голоса и размером уплачиваемых налогов уже не осталось: крупнейший налогоплательщик имеет точно такой же голос, что и любой из бесчисленных получателей социальных пособий. Если в руках крупных налогоплательщиков и остаются известные рычаги влияния, то скорее закулисные, то есть плохо совместимые с эталонной демократией. Так что более справедливым было бы утверждать обратное, а именно: современная система перераспределения богатства через налоги делает само население (в котором удельный вес нетто-получателей налогов по сравнению с их нетто-плательщиками чрезвычайно велик) всё более зависимым от государства. В последние годы данная тематика получила достаточное освещение в рамках дискуссий о «демократии налогоплательщика»,[7] однако в книге Шэксона отсутствует не только разбор конкурирующих концепций, но даже простое упоминание о них. Его характеристика своих идейных оппонентов – которых он скопом именует «либертарианцами» - хотя и колоритна, но зачастую граничит с шаржем: в конечном счёте, убеждённые «либертарианцы» предстают у него просто оголтелыми фанатиками свободы, не терпящими никаких ограничений, даже разумных, так что их протест против «государства всеобщего благосостояния» выглядит не более чем своеобразной формой помешательства.

Между тем, классическим либералам и либертарианцам давно есть что сказать о глубинных причинах экономических кризисов, в том числе финансовых: они  называют в качестве «первопричины всех наших бед» (выражаясь словами Шэксона) запрет золотого стандарта и его замену «декретными» деньгами, которые произвольно создаёт государство,[8] а также механизм частичного банковского резервирования (partial reserve banking), который они именуют не иначе как «юридическим выкидышем».[9] По их мнению, именно эти фундаментальные пороки нынешней финансовой системы порождают характерную для современной экономики цикличность с её неизбежными кризисами. Эти пороки отнюдь не случайны: они теснейшим образом связаны с самой концепцией «социального государства», так как позволяют властям предержащим манипулировать экономикой и нелегитимным образом расширять свою финансовую, а затем и социальную, базу (поскольку допускают «инфляционный налог», выгоды от которого могут по воле властей направляться приближённым или социально влиятельным группам, и неограниченное финансирование государственных проектов без обращения к налоговой системе).

Об этом весьма значительном комплексе идей Шэксон, кажется, совершенно не осведомлён. Он лишь вкратце описывает известный эффект банковского мультипликатора (создание новых денег банками), который вызван именно следованием принципу частичного резервирования,[10] но не пытается отыскать корень проблемы, а сразу хватается за стандартный рецепт: усиление государственного регулирования. Вообще, его предложения, излагаемые в заключительной главе, либо спорны (повышенное обложение «нетрудовых» рентных доходов и земли), либо хорошо описываются английским выражением wishful thinking (благие пожелания): среди них русский читатель легко распознает даже навязшее в зубах «повышение социальной ответственности бизнеса», которое у Шэксона именуется «переосмыслением корпоративной ответственности».[11] Пожалуй, это именно тот случай, когда вслед за Нильсом Бором следует сказать: «Ваши идеи, сэр, недостаточно сумасшедшие, чтобы быть истинными». Единственным исключением является предложение о введении для транснациональных компаний отчётности с разбивкой по странам вместо принятой ныне консолидированной отчётности, помогающей корпорациям манипулировать центрами прибыли, перенося их из одной юрисдикции в другую. Однако и это кажущееся вполне дельным предложение гораздо легче внедрить формально, нежели по существу: повышение издержек на контроль за достоверностью подобной «пострановой» отчётности может оказаться весьма значительным.

Около десяти лет тому назад знаменитый социолог Зигмунт Бауман писал, что одним из основных противоречий современного мира является контраст между подвижной экстерриториальной элитой, для которой практически не существует границ, и привязанным к месту, осёдлым населением.[12] Этот вывод хорошо гармонирует с диагнозом Шэксона, из которого следует, что офшорная экономика и офшорные юристы обслуживают исключительно партикулярные интересы элитных групп, крайне слабо связанные с интересами тех стран, которые они «возглавляют». Так что следует признать, что в главном Шэксон прав: офшоры – это своего рода плесень финансового и юридического мира, каким он сложился к настоящему времени. И в его книге превосходно показано, как широко разрослась эта плесень. В этом отношении его работа имеет мало себе равных. Именно этим своим качеством, а вовсе не вялыми предложениями и кейнсианскими рецептами второй свежести, она и ценна. Однако вряд ли можно усомниться в том, что единственно разумным выходом является не борьба с плесенью, а борьба с самой сыростью.






[1] Николас Шэксон. Люди, обокравшие мир. Правда и вымысел об офшорных зонах. М: ИД «Коммерсант»; Эксмо, 2012. Текст книги также доступен онлайн по адресу: http://www.kommersant.ru/library/flip/73529#
[2] Роли СССР в становлении офшорного мира посвящены стр. 111-112 книги Шэксона.
[3] Шэксон, стр. 161.
[4] Шэксон, стр. 47.
[5] Как пишет Мартин ван Кревельд, «доля национального дохода, изымаемого в виде налогов в Пруссии при Фридрихе II, т.е. в государстве с самым высоким уровнем налогообложении в XVIII в., была почти в точности равна соответствующей доле в Соединенных Штатах — в стране с самым легким налогообложением — в 1989 г., т.е. до повышения налогов, проведенного администрациями Буша и Клинтона» (Кревельд М. ван. Расцвет и упадок государства. М., 2006. С. 236).
[6] Шэксон, стр. 245.
[7] Институциональные ограничения современного экономического роста/В.С.Лисин, К.Э.Яновский и др. М.: ИД «Дело», 2011, стр. 460-502 и др.
[8] См. об этом: Золотой стандарт: теория, история, политика/ Пер. с английского под ред. А.Куряева. Челябинск: Социум, 2011, а также: Мюррей Ротбард. Государство и деньги: как государство завладело денежной системой общества. Челябинск: Социум, 2003.
[9] Хесус Уэрта де Сото. Деньги, банковский кредит и экономические циклы. Челябинск: Социум, 2008, стр. 118. Книга испанского учёного, недавно переведённая на русский язык, целиком посвящена доказательству того, что «банковская система, основанная на денежной иррегулярной поклаже, где 100%-й tantundem [деньги как предмет хранения] не держится в резерве, непрерывно доступном для вкладчиков, эндогенно, неизбежно и периодически вызывает экономические спады, приводя к необходимости регулярных ликвидаций инвестиционных проектов, досрочного возврата ссуд и изъятию депозитов в массовых масштабах».
[10] Шэксон, стр. 118.
[11] Шэксон, стр. 246. О том, насколько реалистичны подобные призывы, позволяет судить недавнее заявление Эрика Шмидта, президента компании Google, о том, что он гордится тем, как его компания использует офшорные схемы, и что в этом и заключается «настоящий капитализм». Интервью было дано телеканалу Bloomberg. Благодаря использованию этих схем компании удалось заплатить налоговому ведомству Великобритании всего лишь 9,6 млн. долларов  с прибыли в размере 4,1 млрд долларов.
[12] См. Зигмунт Бауман. Глобализация: последствия для человека и общества. М.: «Весь мир», 2004, стр. 10-11, 32, 38 и др.
Tags: my writings, Налоги, Политика, Экономика
Subscribe

  • Несколько вопросов

    Фильтриус верно пишет, что споры о наследии князя Владимира или Богдана не имеют смысла, но я хочу спросить - не для спора, а просто любопытства…

  • С.В.Волков про украинскую статью Путина

    "Видеть в этой статье изменение принципиального взгляда на проблему никак не возможно, и ни малейшего значения она не имеет".…

  • Про милость и правду

    Конспект моей лекции в Свято-Филаретовском институте, прочитанной в мае. О русском праве до 1917 года…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments