Dr. Alex Vereshchagin (alex_vergin) wrote,
Dr. Alex Vereshchagin
alex_vergin

Categories:

О цене аннексий

Алексашенко пишет: «На языке цифр итоговой ценой присоединения Крыма стала стагнация экономики. За пять посткрымских лет ВВП России вырос менее чем на 2%». Думаю, не вполне корректно все это списывать на Крым, потому что падение темпов роста было очевидно уже в 2012-13 гг., так что мы имеем главным образом продолжение докрымских тенденций. Вычленить из них фактор собственно крымский едва ли возможно.

Но дело даже не в этом. Все такие подсчеты подразумевают, будто есть такой четкий и ясный субъект – Россия – который платит некую цену, как человек, достающий из кармана деньги и отдающий их в обмен на какую-то вещь. Но в действительности подобного субъекта не существует, а есть миллионы реальных людей, живущих в России или причастных к ней, из которых одни заплатили за Крым, другие остались «при своих», а третьи даже выиграли. Сам факт пребывания в составе РФ определенных территорий – та же самая история: за чье-то удовольствие видеть их в ее составе некоторым приходится платить. Чечня – лишь самый наглядный пример, но только один из многих. Все «дотационные регионы» могут быть сюда смело причислены: не будь их, мы, то есть все остальные, были бы в среднем богаче. Нетто-плательщики среди нас – по очевидным причинам; но даже и нетто-получатели были бы богаче, потому что в отсутствие конкурирующих нетто-получателей они могли бы больше получать от нетто-плательщиков.

К числу таких нетто-получателей относится огромная часть населения исконно русских регионов. Однако почему-то вопрос никогда не ставится таким же образом: а давайте избавимся от них, ведь их содержание так дорого стоит.

Короче говоря, в смысле «цены» нет принципиальной разницы между тем, что уже находится внутри государства, и новоприобретенным. И то, и другое может быть экономически убыточным. Разницу видит лишь тот, для кого границы РФ и др. союзных республик, проведенные большевиками, представляются чем-то сакральным, незыблемым и во всяком случае «предзаданным», неизменным, наподобие телесных границ реального субъекта. Для таких людей Россия – это то, что назначено на эту роль Лениным и Сталиным, очерчено ими (а также Хрущевым) и обозвано «Российской Федерацией». И это нечто предстает как единый субъект, тело или организм, в отношении частей которого неуместен сам вопрос об их чрезмерной дороговизне, подобно тому как человек не ставит вопрос о цене для себя рук, глаз и др. органов (если только они не поражены гангреной, в каковом случае можно допустить ампутацию). А вот все внешнее, присоединяемое – имеет с этой точки зрения цену и может быть рассмотрено на предмет целесообразности приобретения («этот костюм слишком дорог и не стоит своих денег»).

Поэтому осуждение политики аннексий не может вытекать из самого факта «убыточности», тут требуется какое-то другое обоснование. Просто потому, что вопрос про «убыточность» приобретаемого всегда плавно переходит в вопрос об «убыточности» удерживаемого, и никакая гос. граница этому не помеха.

Subscribe

  • О реституции (денационализации)

    Обсудили с коллегами вопрос о возможности возвращения награбленных большевиками имуществ - практические и юридические аспекты. По ссылке

  • О коррупции

    Salery дал хороший повод обсудить коррупцию. Действительно, чем же она плоха - и плоха ли вообще? Может, стоит ее легализовать и перестать…

  • Объявление

    По причине моей ангины начало лекций по курсу русского права периода Империи вновь откладывается - на сей раз на 25 февраля.

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments